Сохранились и яркие воспоминания одного из церковных диссидентов о пребывании «узников за веру» в психиатрическах больницах: «Позже, когда я был в Сычевской спецпсихбольнице МВД, видел я и там подвижников православных. Особенно я запомнил о.Владимира (Карманова) из Еревана. Более 10 лет продержали его в Сычевке, но от веры он не отказался, хотя и сам Рыбкин - главный психиатр МВД приходил к нему в камеру и клялся словом коммуниста: «Откажись - тут же выпущу на волю без комиссии, я тебя сам вывезу». Но не отказался Карманов и поехал в Армению уже стариком, отсидев более 20 лет по лагерям и сумасшедшим домам. Другой священник из Гжатска в Смоленской обл. о.Владимир (Соловьев) молился горячо и неустанно круглые сутки и неприменно выстаивал на коленях часами, не обращая внимания на насмешки, подзатыльники санитаров, удары больных фанатиков-атеистов. И сколько раз его избивали и надзиратели, и сам главный «врач» майор Лямец. Освободили его через 12 лет пребывания в Сычевском аду и еще продержали больше года в Гедеоновской областной психбольнице. Там была большая скученность больных и у многих не было даже своей койки. Главврач сразу сказал Соловьеву: «Ты же святой, можешь и без постели». И так пролежал о.Владимир на полу, даже без матраца, более года. Отправили его после выписки не в родную деревню возле Гжатска, а в сибирскую психоколонию для стариков, где и суждено ему умереть»*78.

В 1961 г. преследования подпольных христиан были официально узаконены. В «Инструкции по применению законодательства о культах», утвержденной постановлением Совета по делам РПЦ и Совета по делам религиозных культов от 16 марта 1961 г. говорилось: «Не подлежат регистрации религиозные общества и группы верующих, принадлежащие к сектам, вероучение и характер деятельности которых носит антигосударственный и изуверский характер: иеговисты, пятидесятники, истинноправославные христиане, истинноправославная церковь, адвентисты-реформисты, мурашковцы и т.п.». В других документах в число запрещенных «сект» включались также некоторые относительно самостоятельные группы «истинно-православных»: молчальники, леонтьевцы, краснодраконовцы, иннокентьевцы, иоанниты и федоровцы. Самым непосредственным образом коснулись ИПХ, не имевших никаких документов и не работавших в государственной системе, и указ 1959 г. о «закрытии святых мест», запрете паломничества, а также закон от 4 мая 1961 г. о тунеядстве*79.

В результате репрессий движение «истинно-православных христиан» вновь понесло большие потери и значительно сократилось численно. Однако Катакомбная Церковь в целом в конце 1950-х - начале 1960-х гг. многократно выросла. Когда в результате антирелигиозных гонений и закрытия множества храмов, около 4 тысяч священников осталось без мест и регистрации, большинство из них не отказалось от сана, а продолжало обслуживать духовные нужды верующих тайно от гражданских властей. Снова значительная часть Патриаршей Церкви ушла в подполье.

Существуют многочисленные свидетельства этого процесса. Так, в книге В.Гагарина отмечалось, что в конце 1960-х гг. в Коми АССР помимо 3 групп ИПХ существовало около 20 незарегистрированных православных общин с «неофициальными священниками», лишенными приходов. В г.Кентау (Казахстан) после закрытия храма верующие стали в частном порядке собираться для совершения богослужений*80. Впечатляющие результаты дал единовременный учет религиозных объединений в СССР 1961 г. Он выявил 6486 функционирующих незарегистрированных неправославных общин и групп, к которым были отнесены и некоторые ИПХ, например 21 объединение иоаннитов, 15 - иннокентьевцев и т.п.*81. В то же время оказалось, что существуют и сотни нелегальных православных общин, которые не относятся к ИПХ или ИПЦ.

 2 ноября 1962 г. Совет по делам РПЦ принял постановление, в котором указывалось, что при проведении единовременного учета в ряде областей - Горьковской, Ульяновской, Оренбургской, Пензенской, Куйбышевской, Калининской, Татарской АССР, Казахской ССР и др. регионах выявлено значительное количество незарегистрированных религиозных обществ и групп Русской Церкви, возглавляемых заштатным духовенством, монахами. «Гастролирующие попы» совершали систематические богослужения в частных домах, под открытым небом и т.п. Уполномоченным поручалось внести в облисполкомы предложения по прекращению их деятельности*82. Согласно сведениям Совета на 1 июня 1962 г. в автономных республиках РСФСР было 170 официально действующих приходов и 199 нелегальных, в том числе 167 в Татарии. В остальной части России наибольшее количество неофициальных общин приходилось на Горьковскую область: 136 и 50 зарегистрированных, Ульяновскую - соответственно 95 и 15, Оренбургскую - 64 и 16, Пензенскую - 52 и 29 и т.д. В целом по РСФСР было 684 нелегальных прихода*83.

В последний период «хрущевских гонений» некоторые иерархи Патриархии - митрополиты Никодим (Ротов), Иоанн (Вендланд), Леонид (Поляков), архиепископы Ярославский Платон и Уфимский Анатолий, опасаясь, что «видимую Церковь», как в 1930-е гг., почти полностью уничтожат, начали рукополагать значительное количество тайных священников для «катакомб». Только митрополит Ленинградский и Новгородский Никодим рукоположил не менее 150 таких священников. Принимал участие в катакомбных процессах и митр. Антоний (Блюм), который дал согласие на просьбу группы тайных священнослужителей считать его своим епархиальным архиереем. Существуют даже свидетельства о случае поставления Владыками Платоном, Анатолием и Иоанном тайного епископа*84.

Одним из подобных священнослужителей был скончавшийся в 1995 г. московский протоиерей Глеб Каледа. Являясь доктором геологических наук, крупным специалистом в области литологии, он в начале 1960-х гг. написал работу «Библия и наука о сотворении мира», в которой говорилось об отсутствии принципиальных противоречий между Библией и научными представлениями о возникновении Вселенной. Вскоре Г.Каледа организовал нелегальный христианский кружок для обучения детей знакомых, просуществовавший до 1990-х гг. В 1972 г. митр. Иоанн (Вендланд) тайно рукоположил его в диакона, а затем пресвитера. С того времени о.Глеб регулярно совершал евхаристию в своей домовой церкви. Только в 1990 г. он по благословению Патриарха вышел на открытое служение*85.

Имеется значительное количество свидетельств и о том, что сотни тайных монахинь были пострижены зарегистрированными епископами и получили от них благословение жить общинами в квартирах и зарабатывать себе на жизнь работой в больницах, поскольку канон разрешает монахиням пропускать службу только ради оказания жизненно важной помощи или спасения жизни. Они оставались в Патриаршей Церкви и посещали ее храмы. Священник К., в 1970-е гг. тайно обслуживавший в качестве неофициального духовника больницу в крупном городе, говорил, что «даже служит там тайно литургии по субботам. На эти службы верующие нянечки приводят верующих пациентов, которым они доверяют. Приходят и многие врачи»*86. Известная диссидентка Т.Горичева подтверждала, что «многие ее друзья-женщины, молодые ленинградские интеллектуалки, принесли обеты правящему епископу Патриаршей Церкви жить по-монашески в миру в тайных монашеских общинах»*87.

Ликвидация в конце 1950-х - начале 1960-х гг. десятков монастырей и изгнание их насельников также способствовали образованию нелегальных скитов и монашеских общин, не порвавших с Патриаршей Церковью. По свидетельству архимандрита Михаила, в конце 1970-х гг. проживавшего в Греции, а до этого пребывавшего в тайных скитах Урала и Сибири, многие катакомбники, как и он, были лояльны Патриархии*88.

Существование «незаконно» действовавших православных общин, поддерживавших канонические связи с Патриархатом подтверждается и разницей между официальным и действительным отношением руководства Патриархии к подпольному Православию. Известно, что когда в 1950-х гг. митрополит Киевский Иоанн (Соколов) пожаловался патриарху Алексию, что в его епархии много катакомбников, первосвятитель даже прослезился и сказал: «Да Вы должны Бога благодарить, что их у вас так много, так много подлинных молитвенников перед Господом за грехи наши...»*89.

Следует отметить, что в 1960-е гг., также как и в 1930-е, усиление гонений на религию сблизило все течения православного христианства. Преследования, которым подвергалась Патриаршая Церковь подняли ее авторитет в глазах «истинно-православных». Кроме того, теперь они составляли относительно небольшую часть подпольного Христианства. Основная же масса катакомбников уже не отрицала законности официальной иерархии и считала опасным полностью отрываться от нее при всех ее недостатках. Эмигрантский историк Д.Константинов справедливо писал: «К 1966 г. вся страна покрылась сетью нелегальных церковных и вообще религиозных ячеек... В этом отношении в последние годы стала стираться разница между нелегальной частью РПЦ и собственно катакомбной Церковью существующей с 30-х годов. И та, и другая находились на нелегальном положении, жестоко преследуемые властью. Разница в их каноническом «кредо», в условиях ожесточенных гонений потеряла свою остроту, ибо общая опасность и общая беда всегда и всюду сближает людей, а особенно единоверцев»*90.

О начале процесса частичного взаимопроникновения традиционной «истинно-православной» Катакомбной и официальной Церквей свидетельствует письмо 1962 г. одного из тайных епископов. Обращаясь к своей пастве он писал: «...времена изменились: наших храмов теперь в СССР нет. Можем ли мы, ушедшие в свои одинокие кельи и обретающие там все, чем питали нас храмы, запрещать тысячам верующих, не имеющим такой возможности искать утешения и духовной пищи в имеющихся храмах и осуждать их за то, что они ходят туда?... И я говорю вам: если не имеете других путей принимать участие в богослужении и приобщаться таинствам, если томит вас жажда церковного единения и молитвы и если посещение храмов дает вам это - то не смущаясь идите туда и не бойтесь, что это будет грехом... Если вам захочется более близкого общения, то советую, как я и раньше говорил вам, избирать для этого священнослужителей искренних и нелицемерных, а таковые в храмах существуют»*91.

Подобная двойственная точка зрения присутствует и в важном документе самиздата «Россия и Церковь сегодня», созданном в 1970 г. анонимными членами Катакомбной Церкви. С одной стороны авторы проклинают Московскую Патриархию как нового Иуду, лобзанием предающего Иисуса, но с другой отводят ей и положительную роль в обществе. Признается, что в официальной Церкви есть приличные епископы, и «церковное сознание стремится найти своих достойных выразителей среди высших иерархов». Отмечается также, что неофиты воцерковляются, ища крещения и духовного руководства у легально служащих священников, которые хотя и «проводят политику Патриархии, лояльной к государству, но, с другой стороны, подвергают себя всяческим опасностям... тайно помогая привести людей в Церковь, давая им религиозную литературу»*92.

Другим подтверждением указанного процесса являются два самиздатовских письма, адресованных Зарубежной Русской Православной Церкви, единственные «катакомбные» документы, где ее Синод признается высшим церковным авторитетом. В одном из них 1966 г. Патриаршая и Зарубежная Церкви рассматриваются как единая Русская Церковь. Подписавшиеся говорят о Патриаршем епископате как о своем собственном, хотя и критикуют его за слабость в противостоянии атеистическому государству. Другое письмо, опубликованное в 1977 г. превозносит эмигрантский Синод, но за этим следует утверждение, что между Зарубежной и Патриаршей Церквами только внешний разрыв*93.

В результате всех указанных причин в Катакомбной Церкви в 1960 -1970-е гг. произошли качественные изменения, ее своеобразное внутреннее перерождение. В 1980-е гг. внутри нее существовало уже около 8 разных группировок, имевших иерархическое возглавление, а также некоторое количество священников, живущих без связи с каким-либо епископом. Почти все эти течения не имели канонического общения между собой. Большинство из них начало оформляться только в 1960-1970-е гг. и не было непосредственно связано с «истинно-православными» довоенных или первых послевоенных лет. Различались указанные течения и по их отношению к Московской Патриархии - от признания себя в ее юрисдикции до полного отрицания таинств, совершаемых священнослужителями Патриаршей Церкви.

Доля же традиционных ИПХ в Катакомбной церкви постоянно сокращалась. Шел непрерывный процесс уменьшения их численности (во многом из-за резкого падения рождаемости) и старения. Хотя в конце 1964 г. после прекращения антирелигиозных гонений часть «патриархийных катакомбников» вновь перешла на легальное положение, а деятельность ИПХ активизировалась. В докладе председателя Совета по делам религий В.А.Куроедова на Всесоюзном совещании уполномоченных Совета 16 июля 1969 г. отмечалось: «Имеются факты, говорящие об оживлении деятельности секты истинно-православных христиан, которые в ряде случаев ведут себя открыто и нагло. Так, возвратившиеся из заключения руководители ИПХ в Мудьюге Архангельской обл., некие Барышевы, организовали групповые моления, на которых присутствовали и верующие других областей. Один из Барышевых объявил себя Богом Саваофом, он провозгласил, что наступает конец света и призвал верующих выбросить на улицу и сжечь все документы, деньги, книги, что и было сделано. Фанатизм накалили до того, что даже продукты питания были выброшены на улицу. Доставленный в дежурное отделение милиции «бог Саваоф» - Барышев сорвал со стены портреты Маркса, Энгельса, Ленина и изорвал их в клочья»*94.

В начале 1970-х гг. развернулась очередная кампания борьбы с ИПХ. Она была не такой жестокой как прежде, но достаточно масштабной. Современный катакомбный епископ Готский Амвросий (Сиверс) даже считает, что эта кампания оказалась «весьма успешной»: «КГБ смог сформировать и упрочить всякие псевдо-»катакомбы», а также утвердить своих агентов в исторических общинах ИПХ». Причем они со временем сумели внести разделения в среду катакомбников*95.

Исследования, которые проводили в 1970-1973 и в начале 1980-х гг. в Центральном Черноземье экспедиции под руководством А.И.Демьянова выявили раскол ИПХ на несколько толков и общее затухание движения с середины 1960-х гг. В тоже время почти исчезли исторические группы - не удалось обнаружить иоаннитов и еноховцев, молчальников осталось 37 человек, а федоровцев немногим более 100. А.Демьянов смог опросить в начале 1970-х гг. 1209 «истинно-православных христиан» в Тамбовской (501 человек), Воронежской (488), Липецкой (127) и Рязанской (93) областях, которые якобы составляли 90% проживавших там ИПХ. Кроме того на территории Тульской, Орловской и Курской областей проводились рекогносцировочные исследования в 1-2 районах. Здесь был опрошен еще 151 человек. В результате исследователь пришел к выводу, что общая численность «истино-православных» в Центральном Черноземье составляла 1,5 тыс. и сократилась с конца 1950-х гг. на 40-50%. Правда они назывались представителями третьей крупнейшей религией в регионе. Если учесть, что в 1972 г. его население составляло 8 млн. человек, то вероятно ИПХ было все же больше, чем указывают советские авторы*96. В начале 1980-х гг. А.Демьянову удалось выявить в Воронежской области только 262 «истинно-православных» и он посчитал, что за десятилетие их количество сократилось еще почти вдвое*97.

Материалы, собранные экспедициями, показали ослабление в среде ИПХ эсхатологических и антихристологических настроений, изменение отношения к советским законам. Полностью не признавало их только около 20%, более 70% исполняли одни законы (платили налоги и т.д.), отвергали другие, заявляя: «Мы признаем Советскую власть, но смотря в чем. Что не греховно и не противоречит нашим убеждениям - мы выполняем, а что греховно, нас никто не заставит делать». Свыше 60% трудоспособных ИПХ уже работало на государственных предприятиях, в совхозах и колхозах. Усилился процесс «обмирщения». Почти вся молодежь отказалась от обета безбрачия, исчезли запреты на обучение детей в школе, получение пособий и пенсий. Из 1209 обследованных в начале 1970-х гг. ИПХ 978 человек (81%) составляли женщины, в основном крестьянки. 23% проживало в городах, но коренных горожан из них было лишь 20 человек. Имелось и 150 монахинь. Доля молодежи от 18 до 30 лет за 1970-е гг. сократилась с 1,4% до 0,8%, количество людей старше 60 лет выросло с 52,4% до 76, 3%*98.

Эти данные подтверждают исследования в 1969 г. ИПХ в Коми АССР. С 1958 г. их количество сократилось со 133 до 41 человека. Их них мужчины составляли 10,9%, а домохозяйки, иждивенцы, пенсионеры - 69%. Лишь два человека были моложе 30 лет, а 32 старше 50. Проповедники ИПХ уже давали в определенных ситуациях разрешения на работу в государственных учреждениях и на предприятиях*99. Ослабление и старение традиционных истинно-православных подтверждал и сумевший в 1978 г. эмигрировать из СССР катакомбный схимонах, а позднее митрополит Антоний (Чернов)*100.

Последние относительно массовые вспышки открытого неповиновения властям среди ИПХ произошли в 1981 г. в связи с обменом паспортов. Верующие бойкотировали его на том основании, что новая формулировка гражданства совпадает с апокалептическим «числом зверя» - 666. Отказ от получения паспортов в некоторых районах приобрел такой размах, что местные средства массовой информации предупреждали об уголовном наказании «отказников» и лишении их пенсии*101. На 1980-1984 гг. пришлась и заключительная волна гонений на «катакомбы», коснувшаяся главным образом молодежи.

Большая часть общин ИПХ и ИПЦ до 1981 г. окормлялась епископом Уфимским Владимиром (фон Штромбергом), последним в Катакомбной Церкви архиереем, имевшим признанное рукоположение 1920-х гг. Хотя он представлял андреевскую традицию, но руководил после смерти в 1964 г. еп.Романа (Руперта) и рядом общин в Ленинградской области: русских - прот. Михаила Рождественского, иеромонаха Никифора (фон Рихтер Меллина), свящ. Сергия Моно, немецкой - иеросхимонаха Василия (фон Ренне), финских священников Илии, Иакова, Симеона и др. В 1981 г. еп.Владимир скончался и у этой части катакомбников началась полная автокефалия. Однако потом большинство из них перешло под омофор архиеп. Лазаря (Журбенко) - возглавившего одно из 8 основных течений Катакомбной Церкви последнего десятилетия. Иеромонах, затем епископ и архиепископ Лазарь стал руководить этим течением с 1966 г. Постепенно к нему стянулись многие представители кирилловской (к которой он сам принадлежал), иосифлянской и андреевской (в меньшей степени) традиций. Всего у архиеп. Лазаря насчитывалось более 50 тайных приходов, в основном на Кубани, Северном Кавказе, в Белоруссии и на Украине. Он был рукоположен в 1982 г. архиереем Зарубежной Русской Церкви еп. Каннским Варнавой, и с конца 1980-х гг. стал представлять эту Церковь в СССР*102.

Уже говорилось о «патриархийных катакомбниках». Третье же основное течение тайной Церкви возглавил схимитрополит Геннадий (Секач), создавший самую многочисленную катакомбную иерархию. В 1970-х - начале 1980-х гг. она насчитывала в общей сложности 24 архиерея. Сам Геннадий в 1962 г. ушел из Патриархии лишь вследствие того, что его лишили возможности легально служить. До своей смерти в 1987 г. он получал пенсию Белорусской епархии, иереем которой прежде состоял, был знаком с Патриархом Пименом. Рукоположил Геннадия во епископа в 1968 г. или по другим сведениям в 1971 г. полулегендарный архиепископ Серафим (Поздеев), якобы сам тайно рукоположенный в начале 1920-х гг. Патриархом Тихоном. «Схимитр.» Геннадий жил в основном в Абхазии и на Северном Кавказе. В 1970-е гг. он основал в районе Нового Афона несколько общин, тайный монастырь в горах и даже тайные Богословские курсы. Три монастыря было создано на Украине, четыре в Белоруссии, два на Кубани. Схимитрополит лично постриг около 500 монахов. Его неоднократно арестовывали, последний раз в 1975 г. После смерти Владыки первоиерархом «геннадиевской» ветви Катакомбной Церкви стал схимитрополит Ставропольский Феодосий (Гуменников), а с 1991 г. митр. Могилевский Епифаний. «Геннадиевцы» как и некоторые другие течения катакомбников самовольно и без всяких оснований называют себя «Истинно-Православной Церковью»*103.

Священнослужителями Московской Патриархии были ранее и основатели трех других течений: еп.Викентий (Чекалин) -диаконом, еп.Лазарь (Васильев) - священником, еп.Исаакий (Анискин) - иеромонахом. Последний был рукоположен во епископа «геннадиевским» схимитр. Феодосием, но затем порвал с ним, ученив так называемый «исаакианский раскол». Отколовшись от «геннадиевцев» он ужесточил свою позицию и по отношению к Московской Патриархии. Стал запрещать пастве причащаться в ее храмах (хотя таинства, совершаемые там, признавал), поминать всех архиереев и большинство иереев Патриаршей Церкви. А впоследствии еп.Исаакий вообще ввел принятие людей в общение из Патриархии через покаяние*104.

Часть традиционных ИПХ, занявших враждебную позицию по отношению к Зарубежной Русской Церкви, вошли в последние два основных течения, связанных с греками-старостильниками. Одно из них возглавил епископ Гурий (Павлов), еще в 1929 г. рукоположенный во иеромонаха архиеп. Андреем (Ухтомским). Около 30 лет он провел в лагерях и 15 прожил, скрываясь в подполе крестьянской избы у своих духовных чад. Летом 1991 г. Гурий был хиротонисан греческими архиереями. К началу 1990-х гг. представители другой юрисдикции греков-старостильников (а всего их насчитывается 12) поставили митрополита Антония (Чернова), в схиме Епифания. Он основал еще одну ветвь катакомбной иерархии*106.

Общая численность последователей тайной Православной Церкви в СССР в конце 1980-х - начале 1990-х гг. составляла по оценкам различных ее представителей от 100 до 500 тыс. человек. Так, например, еп.Готский Амвросий (Сиверс) писал о 250 тыс., а архиеп. Лазарь (Журбенко) утверждал, что только на территории Сибири и Татарии существует около 750 общин с 80 тыс. верующих *107. В последние годы часть катакомбников легализовала свою деятельность, но большинство еще остается в подполье.

В определенной степени существование Катакомбной Церкви несло в своей основе возрождение раннехристианской практики времен арианства, монофелитства, иконоборчества. Содержа в себе антиэтатизм, ИПХ являлись онтологическими противниками советского государства, понимаемого как «царство антихриста», которому следует сопротивляться всеми доступными способами. Соответственно и государство всегда подвергало их судебным и внесудебным репрессиям. Так, в 1980-е гг. катакомбники еще привлекались по нескольким статьям Уголовного кодекса касающихся: несоблюдения законодательства о культах, антисоветской агитации и пропаганды, беспаспортности, отсутствия прописки, тунеядства, бродяжничества, отказа от службы в армии и т.д.

Историю нелегальной церковной деятельности в СССР можно разделить на 4 основных периода. Первый продолжался с 1918 по конец 1920-х гг. В подполье в это время находилась небольшая часть православных священнослужителей и мирян - исключительно ИПХ, а с 1928-1929 гг. и некоторые общины ИПЦ. Второй период приходится на 1930-е - середину 1940-х гг. В результате ожесточенных гонений происходит резкий рост рядов Катакомбной Церкви, на нелегальное положение перешло большинство приходов, основная часть которых сохранила верность Патриархии. В последние годы войны они снова вышли из подполья. Общее количество катакомбников многократно уменьшилось. Правда, в конце 1940-х гг. возросли активность и численность ИПХ, но в результате ожесточенных репрессий со стороны властей с 1950 г. и в их среде начался спад. Заключительный период охватывает конец 1950-х - начало 1990-х гг. Хотя общин ИПХ и ИПЦ становилось все меньше, ряды Катакомбной Церкви вновь заметно выросли вследствие очередной кампании борьбы с религией в СССР. В «катакомбах» произошли качественные изменения: оформилось 8 основных течений, как на базе групп «истинно-православных», так и главным образом на основе нового «пополнения». Таким образом, к моменту падения советской власти тайная Церковь не только не перестала существовать, но и находилась на подъеме.

Создание и расширение религиозного подполья в стране было во многом «делом рук» самих органов государственной власти, их ошибочной политики по отношению к Церкви. В то же время следует отметить, что феномен православных «катакомб» (религиозных нонконформистов) показал свою не только чрезвычайную устойчивость в разных условиях, но и наличие тенденции к самовоспроизводству и увеличению за счет обращенных.

 Примечания

1. См.: Ревуненков В. Очерки по истории Великой французской революции. Л.: Изд-во Ленингр.ун-та, 1989.
2. Клибанов А.И. Современное сектанство в Тамбовской области, с.92.
3. Криптон К. К вопросу исторического прошлого Русской Православной Церкви //Вестник РХД, N 118, 1976. с.91; Его же. О тамбовском восстании 1921 г. Из записок очевидца // Вестник РХД, N 121, 1977, с.361-362.
4. Бернштам М. Стороны в гражданской войне 1917-1922 гг., с.272.
5. Амвросий (Сиверс), епископ. Государство и «катакомбы», с.1-2.
6. См.: Зеленогорский (Гринберг) М. Жизнь и деятельность архиепископа Андрея (Ухтомского). М.: Терра, 1991.
7. Демьянов А.И. Истинно православное христианство, с.16-17; Клибанов А.И. Указ. соч., с.60-69.
8. Демьянов А.И. Критика идеологии истинно-православного христианства, с.8
9. Его же. Истинно православное христианство, с.19,81,85-86; Клибанов А.И. Указ.соч., с.94.
10. Никольская З.А. К характеристике течения так называемых истинно православных христиан, с.164-165; Демьянов А.И. Истинно православное христианство, с.20.
11. См.: Регельсон Л. Трагедия Русской Церкви 1917-1945; Центральный государственный архив общественных организаций Украины, ф.263,оп.1,д.66923.
12. Амвросий (Сиверс), епископ. Истоки и связи Катакомбной Церкви в Ленинграде и области (1922-1992гг.), с.3-4.
13. Его же. Государство и «катакомбы», с.5.
14. Там же, с.7.
15. Краснов-Левитин А. Лихие годы 1925-1941, с.222; Мещерский Н.А. На старости я сызнова живу: прошедшее проходит предо мною..., с.102-106; Справка Управления ФСБ РФ по Ярославской области N 10/320 от 21 июня 1995 г.; Справка Главного информационного центра МВД Российской Федерации N 34/3-2127 от 6 сентября 1994 г.
16. Польский М. Указ. соч., т.2, с.285.
17. Амвросий (Сиверс), «епископ». Истоки и связи Катакомбной Церкви в Ленинграде и области (1922-1992 гг.), с.7.
18. Поспеловский Д.В. Русская православная церковь в ХХ веке, с.174.
19. Амвросий (Сиверс), епископ. Указ.соч., с.7.
20. Андреев И. О положении Православной Церкви в Советском Союзе. Катакомбная Церковь в СССР, с.13.
21. Алексеев В.И., Ставру Ф.Г. Русская Православная Церковь на оккупированной немцами территории // Русское Возрождение, 1981, N 16, с.105; Амвросий (Сиверс), епископ. Государство и «катакомбы», с.13-14.
22. Центр документации новейшей истории Костромской области (ЦДНИКО), ф.3656, оп.2, д.2411-с.
23. Там же, д.2413-с, лл.50-54.
24. Два портрета (по воспоминаниям В.Я.Васильевской. Катакомбы ХХ века). Сообщения В.Глазова // Вестник РХД, 1972, N 106, с.498.
25. Тропани Н.В. Воспоминания. Владимир, 1965. Рукопись, с.5-7; Апушкина Е.В. Воспоминания. Владимир, 1962. Рукопись, с.25-26; Поповский М. Жизнь и житие Войно-Ясенецкого, архиепископа и хирурга, с.355-360.
26. ГАРФ, ф. Р-9401сч, оп.2, д.65, лл.305-306.
27. РЦХИДНИ, ф.17, оп.125, д.181, л.10.
28. Религиозные организации в СССР в годы Великой Отечественной войны (1943-1945 гг.), с.62.
29. Андреев И. Указ.соч., с.9-10.
30. Афанасий (Сахаров), епископ. Можно ли посещать храмы Московской Патриархии? Из письма к духовной дочери // Вестник РХД, 1972, N 106, с.96.
31. Тропани Н.В. Указ.соч., с.8-9; Апушкина Е.В. Указ.соч., с. 27-28; Крестный путь преосвященного Афанасия // Вестник РХД, 1973, N 107, с.170-211; Письмо еп.Афанасия (Сахарова) патриарху Алексию от 2 апреля 1955 г. - Архив Научно-информационного центра «Мемориал» Санкт-Петербург. (Архив НИЦ «Мемориал» СПб), ф.Р, п.5.
32. Чаев П.О. Катакомбные монастыри // Грани, 1982, N 123, с.190-191.
33. РЦХИДНИ, ф.17, оп.125, д.407, л.40.
34. Каргашинский Д. Из Краснодарской епархии // ЖМП, 1948, N 1, с.76-77.
35. Сперанский М. Из Тамбовской епархии // ЖМП, 1948, N 2, с.65-66.
36. Alekseev W. Russian Orthodox Bishops in the Soviet Union, 1941-1953. p.58.
37. Андреев И. Указ.соч., с.10-11.
38. Константинов Д.В. Православная молодежь в борьбе за Церковь в СССР, с.44.
39. РЦХИДНИ, ф.17, оп.125, д.593, лл.24-31.
40. Там же, лл.10,39-45,63,114.
41. Там же, лл.121,124-135.
42. Там же, оп.132, д.6, лл.88,94,244-252, д.111, лл.127-130.
43. Там же, д.109, лл.70-77, д.497, л.203; См.: Осипова И. Истинно-Православная Церковь. М., 1997. Рукопись, готовая к печати.
44. Демьянов А.И. Религиозность: тенденции и особенности проявления (социально-психологический анализ), с.99; Его же. Истинно православное христианство, с.32.
45. Никольская З.А. К характеристике течения так называемых истинно православных христиан, с.166.
46. Клибанов А.И. Религиозное сектанство и современность (социологические и исторические очерки), с.173.
47. Демьянов А.И. Истинно православное христианство, с.39.
48. Клибанов А.И. Указ.соч., с.173.
49. Никольская З.А. Указ.соч., с.171,180; Демьянов А.И. Указ.соч., с.32,43.
50. РЦХИДНИ, ф.17, оп.132, д.569, л.37.
51. Там же, д.497, л.203.
52. ЦДНИКО, ф.3656, оп.2, д.2413-с, лл.73-77,108.
53. ЦХСД, ф.5, оп.16, д.642, л.23.
54. Там же, д.650, л.18.
55. Иоанн (Снычев), митрополит. Митрополит Мануил (Лемешевский). Биографический очерк, с.245.
56. Архив НИЦ «Мемориал» СПб, ф.Р, п.5.
57. Катакомбы // Русское Возрождение, 1982, N 20, с.136, 1983, N 21, с.186-200.
58. Чаев П.О. Указ.соч., с.191.
59. ЦХСД, ф.5, оп.33, д.90, л.130.
60. Там же, л.100.
61. Там же, д.190, лл.146-147.
62. Там же, оп.55, д.10, лл.210-211.
63. Там же, д.72, лл.1,7.
64. Беляев В. Лик святых апостолов // Вечерняя Москва, 1959, 29 июля; Яковлев Е. Подданные Николая II // Ленинское знамя, 1959, 5 июля и др.
65. Юдин Н.И. Правда о петербургских «святынях», с.45-46.
66. Клибанов А.И. Из мира религиозного сектанства. Встречи, беседы, наблюдения. М.:Политиздат, 1974, с.129.
67. Гагарин Ю.В. Религиозные пережитки в Коми АССР и их преодоление. Сыктывкар: Коми изд-во, 1971, с.90,143-159.
68. Никольская З.А. Указ.соч., с.172.
69. Янкова З.А. О некоторых методах конкретно-социального изучения религии (из опыта Рязанской экспедиции Института истории Академии Наук СССР) // Конкретные исследования современных религиозных верований (Методика, организация, результаты) М.: Мысль, 1967, с.113.
70. Демьянов А.И. Указ.соч., с.36-37.
71. Там же, с.43; Никольская З.А. Указ.соч., с.172-176.
72. Демьянов А.И. Указ.соч., с.85.
73. Христиане за решеткой // Религия и атеизм в СССР, 1980, N 5, с.15.
74. Вагин Е. Изгнание правды ради // Русское Возрождение, 1978, N 4, с.40-46.
75. Демьянов А.И. Указ.соч., с.38; Клибанов А.И. Религиозное сектанство в прошлом и настоящем, с.233.
76. Вагин Е. Религиозное инакомыслие в сегоднящней России // Русское Возрождение, 1978, N 1, с.53; О положении Церкви в Советской России и о духовной жизни русского народа. Доклад Архиерейскому Собору 1959 года епископа Лос-Анжелосского Антония. Джорданвилль: Свято-Троицкий монастырь, 1960, с.49.
77. Вагин Е. Изгнание ради правды, с.33-35.
78. Христиане за решеткой, с.16.
79. Законодательство о религиозных культах. Перепечатка с советского издания «Для служебного пользования. Нью-Йорк: Chalidze Publications, 1981, с.84; Анисимов С. Нравственный прогресс и религия. М.: Мысль, 1965, с.52; Амвросий (Сиверс), епископ. Указ.соч., с.13.
80. Гагарин Ю.В. Указ.соч., с.74-76; Константинов Д. Гонимая Церковь, с.349.
81. Одинцов М.И. Государство и церковь в России ХХ век, с.121-122.
82. ГАРФ, ф.6991, оп.2, д.452, л.31.
83. Там же, д.288, лл.41-43.
84. Иона (Яшунский), иеродиакон. Наши катакомбы, с.255; Пресс-конференция депутатов Верховного Совета России священника Глеба Якунина и мирянина Пономарева 20 марта и «Круглый стол» 22 марта 1992 г. // Вестник РХД, 1992, N 164, с.267; Поспеловский Д.В. Указ.соч., с.322-323.
85. ЖМП, 1995, N 5, с.60-61.
86. Чаев П.О. Указ.соч., с.195.
87. Поспеловский Д.В. Указ.соч., с.470.
88. Там же, с.156.
89. Чаев П.О. Указ.соч., с.190.
90. Константинов Д.В. Религиозное движение сопротивления в СССР, с.12.
91. Регельсон Л. Указ.соч., с.192-193.
92. Поспеловский Д.В. Указ.соч., с.324-327.
93. Там же, с.327.
94. О современном состоянии религий в СССР и задачах усиления контроля за соблюдением законодательства о религиозных культах. Доклад председателя Совета по делам религий при Совете Министров СССР В.А.Куроедова на Всесоюзном совещании уполномоченных Совета 16 июля 1969 года. М., 1969, с.24.
95. Амвросий (Сиверс), епископ. Указ.соч., с.3.
96. Демьянов А.И. Указ.соч., с.42; Клибанов А.И. По тому же маршруту, 1959-1971 // Наука и религия, 1972, N 3, с.55.
97. Демьянов А.И. Религиозность: тенденции и особенности проявления, с.100.
98. Там же; Клибанов А.И. Религиозное сектанство в прошлом и настоящем, с.233-234; Демьянов А.И. Истинно православное христианство, с.44-49,94.
99. Гагарин Ю.В. Указ.соч., с.145-147,159.
100. Полвека служения России. Интервью А.А.Чернова «Посеву» // Посев (Франкфурт-на-Майне), 1979, N 10, с.40-46.
101. Хроника // Посев, 1981, N 12, с.4-5.
102. Очерки истории Санкт-Петербургской епархии, с.278-279; Поспеловский Д.В. Указ.соч., с.328; Амвросий (Сиверс), епископ. Истоки и связи Катакомбной Церкви в Ленинграде и области (1922-1992гг.), с.7-8; Иона (Яшунский), иеродиакон. Указ.соч., с.250-251.
103. Там же, с.244-247.
104. Там же, с.247-250; Поспеловский Д.В. Указ.соч.,с.328,330.
105. Иона (Яшунский), иеродиакон. Указ.соч., с7251-253; Амвросий (Сиверс), епископ. Государство и «катакомбы», с.4.
106. Там же; Поспеловский Д.В. Указ.соч., с.329.

 

• ВКонтакте