- Батюшка, вы уже второй винницкий священник, выходец из Западной Украины, который за последний год переходит из так называемого «Киевского Патриархата» в каноническую Украинскую Православную Церковь, которая находится в единстве с Московским Патриархом. Согласитесь, что такой шаг был бы более понятным для выходца из южных, восточных или даже центральных областей Украины. Но для человека, который вырос на западе страны, где спекуляции на украинстве очень сильны, такой шаг ныне кажется по меньшей мере странным.

- Я действительно родился и вырос на Ивано-Франковщине. Сегодня мне 22 года. В «Киевском Патриархате» я находился с детства. В наших краях «Киевский Патриархат» - повсюду. Воспитан я в кругу священников именно «Киевского Патриархата», так как к нему принадлежат мои родственники. В частности, мой брат и его тесть, благочинный Верховинского района. «Владыка» Иоанн - тоже мой родственник. Поэтому у меня и вопроса никогда не возникало, к какой Церкви принадлежать. В сане же священника «Киевского Патриархата» я был четыре года.

- С учетом всего сказанного ваш шаг кажется вообще невероятным. Действительно, что могло перевернуть мировоззрение человека, который с юных лет воспитывался в атмосфере филаретовской лживости и спекуляции на национальных чувствах украинца? Здесь хочешь - не хочешь, а веришь, что невозможное для человека возможно для Господа. Где та точка отсчета, с которой все началось?

- Мой путь к канонической Церкви начался еще, когда я был простым прихожанином «Киевского Патриархата». Одна матушка из нашего прихода, которая пела в хоре и прозрела раньше меня, дала мне почитать «Почаевский листок». Там было сказано, что «Киевский Патриархат» не Церковь. Я сначала этого не понял и очень удивился. Спросил нашего настоятеля отца  Юрия, что он думает по этому поводу. Священник развеял мои сомнения, заявив, что это клевета и неправда. «У нас Церковь Православная, - сказал он, - и никаких расколов не было». А когда я уже был воспитанником Житомирской семинарии, то узнал, что есть, оказывается, УПЦ КП, а есть УПЦ МП. И Московский Патриархат обычно воспринимался мною, воспитанником филаретовского КП, как враг. А дальше была моя первая поездка в сане священника «Киевского Патриархата» в Почаевскую Лавру из Винницы, где я тогда служил. В Почаеве меня спросили, какого я Патриархата. Я с искренней простотой ответил, что киевского, так как не понимал, что УПЦ МП и КП разделяет бездна. В лавре мне указали на двери. Я снова удивился: «Почему? Я ведь такой же православный священник, как и вы, и мои документы могут это удостоверить!» Далее был разговор с отцом Димитрием, насельником монастыря. Я спросил: «Батюшка, почему меня выгоняют из Лавры?» Он сказал мне тоже, что «Киевский Патриархат» - это раскол, и объяснил почему. Но его слова тогда еще не дошли до меня. Через год, уже в Виннице, мне в руки попала брошюра, где объяснялось, что все Таинства, которые осуществляются в храмах «Киевского Патриархата», недействительны. Я начал задумываться: «Что же ждет людей, за упокой которых я молюсь? А крещены ли в действительности те, кто принял крещение у нас, в "Киевском Патриархате"?» А потом, когда я начал больше интересоваться историей, больше общаться с представителями Украинской Православной Церкви Московского Патриархата, я понял, что УПЦ КП - это раскол, в котором нет Благодати Духа Святого, и во время богослужения хлеб и вино здесь не становятся Телом и Кровью Христовыми. Когда я это понял, мне стало очень тяжело служить. Я был вынужден под разными предлогами избегать богослужений в своем храме. Мне было очень тяжело и горько сознавать, что я нахожусь в "Киевскоим Патриархате" и что это не Церковь. Ведь я с детства пребывал в ее лоне... Потом были еще встречи с владыкой Николаем, который руководит приходами УПЦ МП на Ивано-Франковщине, и общение со старцем Кириллом в Браилове (Браиловский женский монастырь). И это окончательно меня убедило в том, что «Киевский Патриархат» - это раскол. Он ведет людей в погибель. Возвратившись в свой храм, я объявил общине, что перехожу к УПЦ МП. Руководство Винницкой «епархии» «Киевского Патриархата» быстро провело собрание, и меня выбросили из сана. Наш переход в УПЦ МП с группой прихожан мы хотели осуществить еще раньше. Но появилась проблема со спонсорами, которые помогали в строительстве нашего храма. К тому времени они еще были не готовы перейти с нами. Но я разъяснял: нас не признает ни одна каноническая Православная Церковь мира, мы - обычная секта, ни в одном православном монастыре, ни в одном храме законной Церкви нам не разрешают причащаться. И тогда они стали на нашу сторону. Мы четко осознали, что тянуть дальше нельзя. Надо раскаиваться, просить прощения у Высокопреосвященнейшего Владыки Макария, управляющего Винницкой и Могилев-Подольской епархией УПЦ МП, у духовенства Московского Патриархата. И не тянуть. Пока есть время - переходить к законной настоящей Церкви. И быть в единстве с мировым Православием. А наш храм, который я строил собственными руками, бок о бок с простыми строителями, у нас забрали после выхода из «Киевского Патриархата». Забрали с помощью силы, казаков, матюгов и угроз. Но отдавать его так просто я не собираюсь. Мы подали в суд и будем законным путем требовать справедливости. 

- Отец Владимир, как отреагировали на ваш выход из «Киевского Патриархата» ваши родные?

- Родители мои тоже не сразу осознали, что к чему. Был сложный и длинный путь объяснений и разъяснений. Но в конце концов моя мама, будучи активным верующим человеком, поняла меня и сама сознательно пошла за мной. И когда наш родственник, клирик высокого ранга в «Киевском Патриархате», спросил маму: «Чего ему еще не хватало, почему он вышел из Киевского Патриархата?» - мама сказала: «Мы ищем не земного рая, а небесного».

- Как встретила вас Украинская Православная Церковь Московского Патриархата?

- Скажу лишь об одном впечатлении. Когда однажды мы зашли в храм УПЦ МП (а до этого в храмах других конфессий и юрисдикций я лично не бывал на богослужении), то действительно ощутил себя как те послы святого князя Владимира, которые были на службе в святой Софии в Константинополе. Было ощущение, что мы будто на Небе. Это было реальное переживание, встреча с Благодатью Духа Святого. Говорю это искренне. А когда потом пошли к своему храму «Киевского Патриархата», ощутили пустоту, пустоту... Нас начал будто окутывать какой-то серый туман, который навевал лишь суетные мысли, появилось ощущение опустошенности. Мы ощутили, что здесь нет Благодати Божией, которая поднимает и сердце и ум к Небу, к Богу. Нет того, что есть в храмах настоящей Церкви. Поэтому раскаяние мое в том, что я так долго был в бутафорской лжецеркви, так называемом «Киевском Патриархате», - глубокое. Раскаяние в том, что я вел людей к гибели. Я с болью в сердце раскаиваюсь в этом перед Господом, всем каноническим духовенством и теми людьми, которые тогда шли за мной. Вместе с бывшими прихожанами «Киевского Патриархата», которые тоже все осознали и ушли со мной, мы молимся, чтобы Господь просветил тех, кто в «Киевском Патриархате» еще остался, как Он просветил нас. Кое-кому удается дать прочитать замечательные брошюры отца Алексия Добоша «Раскол - патриотизм или преступление». И люди задумываются. Мы молимся, чтобы спала пелена у тех наших братьев и сестер, которые еще не сознают, что «Киевский Патриархат» не Церковь, а грех и насмешка над Православием, лукаво прикрытый игрой на национальных чувствах. Мы хотим, чтобы наши братья не делили вместе с Филаретом Тело Христово, а прозрели и прославляли Господа вместе с нами, в духовном евхаристическом единстве со всем каноническим Православным миром. 

 4 мая 2005 г. 

 Информация с сайта Патриархия.ру

• ВКонтакте